1   2   3   4   5   6   7   8   9
Ім'я файлу: Документ Microsoft Word.docx
Розширення: docx
Розмір: 101кб.
Дата: 19.04.2020

ПРЕДИСЛОВИЕ

В первую часть II тома «Сочинений» академика В. В. Бартольда включены обобщающие работы по истории Средней Азии, а также ра-боты по истории Кавказа и Восточной Европы.

Изучение истории Средней Азии занимало главное место в разно-сторонней научной деятельности В. В. Бартольда. В составленной в 1927 г. для широких кругов читателей «Автобиографии» В. В. Бар¬тольд, характеризуя причины, побудившие его уже в студенческие годы к выбору основной тематики своих исследований, писал: «Мне каза¬лось вполне естественным, что русского востоковеда-историка привле¬кает область, географически и исторически более близкая России, чем, другие восточные страны, область, где русский ученый располагает материалом, гораздо менее доступным западноевропейскому» *.

Превосходные исследования по истории народов Средней Азии, в которых отражены результаты многолетних изысканий такого знатока первоисточников, каким был В. В. Бартольд, он сам, со свойственной ему скромностью, оценивал лишь как подготовительные работы для дальнейшего изучения прошлого Средней Азии. Выпуская в свет в 1929 г. «Очерк истории туркменского народа», он писал в предисловии: «Составленный мною очерк относится к области подготовительных работ, которых в данной области еще нет и без которых немыслимо выполнение широких научных задач. Насколько он в этом отношении «

достигнет цели, покажет будущее» ,. С тех пор, как были написаны эти строки, прошло несколько десятилетий. Наши представления о прошлом туркмен и их страны значительно расширены результатами изысканий археологов, а также в связи с опубликованием переводов восточных источников и изучением архивных документов. На этой основе был создан ряд исследований отдельных авторов и коллектив¬ных трудов. И когда в результате большой подготовительной работы в 1957 г. впервые увидел свет сводный труд историков Туркменской ССР, они отдали должное В. В. Бартольду, указав на его научные заслуги в изучении прошлого Средней Азии и особо отметив значение написанного им в 1929 г. очерка истории туркменского народа. Труды В. В. Бартольда, как указывается во введении к I тому «Истории Туркменской ССР», «во многом послужили исходным пунктом для дальнейшей работы в области научного изучения истории туркмен н их предков».

В. Ромодин.

ОЧЕРК ИСТОРИИ

ТУРКМЕНСКОГО НАРОДА

ПРЕДИСЛОВИЕ

Настоящий очерк, время для составления которого было ограни-чено, не заключает в себе, конечно, полного свода данных о прошлом туркменского народа; для этого потребовалась бы, может быть, работа нескольких поколений. Моя цель заключалась только в том, чтобы дать- культурным деятелям Туркменистана те общие сведения по истории туркмен, которых у них не было и которых они, по условиям настоящего- времени, не имели бы возможности собрать сами. Всего меньше я забо¬тился об освещении фактов в духе требований современной историче¬ской науки; все это впереди; попытки изобразить картину исторической жизни на основании заранее установленных принципов, без собрания и критической проверки фактического материала, кажутся мне совер¬шенно бесполезными. Составленный мною очерк относится к области подготовительных работ, которых в данной области еще нет и без кото¬рых немыслимо выполнение широких научных задач. Насколько он в этом отношении, достигнет цели, покажет будущее..

ДОМУСУЛЬМАНСКИЙ ПЕРИОД

Название туркмен впервые появляется в мусульманской литера-туре во второй половине X в. н. э. V У географа Макдиси. Туркмены упоминаются в этом сочинении в двух местах , при описании местности» составлявшей тогда пограничную полосу мусульманских владений в Средней Азии. Центром всей этой местности был город Исфиджаб, по словам автора XI в. Махмуда Кашгарского, носивший также названия «Белый город» и «Сайрам» . По-видимому, Исфиджаб находился на месте современного селения Сайрам, к востоку от Чимкента, хотя один из авторов XVI в. помещает Исфиджаб «между Ташкентом и Сайра- мом» . В Йсфиджабе, как в XIX в. в Чимкенте и ныне у железнодо¬рожной станции Арыс, сходились пути с северо-запада, от Аральского моря вверх по Сыр-Дарье, и с северо-востока, из долины реки Чу вдоль северного склона Александровского хребта . Местности вдоль этих Обоих путей, где признавалась верховная власть жившего в Бухаре эмира из династии Саманидов, непосредственно подчинялись владетелю Исфиджаба, который со своей стороны не платил никаких податей и только посылал ежегодно в Бухару, в знак подданства, вместе с подар¬ками четыре данека (2/3 дирхема, т. е. менее 20 копеек) и метлу .

Описывая местности к северо-западу от Исфиджаба, Макдиси на последнем месте, уже после Саурана, называет Баладж — «небольшой город, стены которого уже пришли в разрушение; соборная мечеть среди базара». Дальше автор возвращается к Иефиджабу и начинает

описание пути оттуда к северо-востоку; на первом месте назван «Беру- кет, большой [город]; он и Баладж—пограничные укрепления против туркмен, [теперь] уже принявших ислам из страха [перед мусульман-скими войсками]; стены его уже пришли в разрушение». Дальше описы-ваются другие города на этом пути; непосредственно после Мерке упо-минается «Орду, небольшой город; там живет царь туркмен; он не переставал посылать подарки владетелю Исфиджаба. Город имеет сте¬ну со рвом, наполненным водой; дворец находится в цитадели».

Местоположение городов Баладж, Берукет и Орду можно опреде-лить по Макдиси только приблизительно; в других источниках этих на-званий, по-видимому, нет. Более ранние, чем Макдиси, географы, как Истахри, говорят об Исфиджабском округе как о местности, где прохо-дила граница между двумя турецкими народностями: гузами (у арабов часто гузз; настоящее турецкое название — огуз) и карлуками. Сосе¬дями мусульманских владений в Средней Азии от Каспийского моря до Исфиджаба были гузы (огузы), от Исфиджаба до Ферганы включитель¬но — карлуки . Из этого можно заключить, что в состав туркмен Мак¬диси входили как огузы, так и карлуки; в пользу такого заключения говорят и слова Махмуда Кашгарского . Относя термин туркмены главным образом к огузам, он в другом месте говорит о карлуках: «Они — племя из турок, кочевники, отдельные от огузов; они тоже туркмены». Возможно, что след такого употребления слова туркмен сохранился в рассказе Джувейни о взятии кара-китаями в 1130-х го¬дах города Баласагуна в долине реки Чу; говорится о подчинении кара- китаям местного хана из «дома Афрасиаба», т. е. из династии Караха- нидов, причем, по приказанию кара-китайского гурхана, его стали вме¬сто «Илик-хан» называть «Илик-туркмен». Чтение туркмен находится в некоторых рукописях сочинения Джувейни и зависимых от него источников , но не во всех; в печатном издании текста Джувейни11 принято вместо чтения туркмен чтение туркан (персидская форма мно¬жественного числа от турк), и даже не указано вариантов; то же самое чтение имеется в виду в переводе д’Оссона , где переводчик так пере¬дает слова Джувейни: «П бёроиШа 1е безсепбап! б’ЕНгаз51уаЪ бе зоп Шге бе кЬап, пе 1ш боппап! ^ие се!ш б’Пк Тигкап, ои бе с Ь е! без Т и г с з». Таким толкованием, по моему мнению, искажается смысл

происшествия. Речь идет не о замене одного титула другим, но о низве-дении бывшего хана до уровня человека из народной массы, как Чин- гиз-хан в 1211 г. велел называть добровольно подчинившегося монголам главу карлуков не Арслан-ханом, как прежде, а «Арсланом-сартактаем, т. е. таджиком» .

Впоследствии название туркмен осталось за одними огузами; посте¬пенно термин огуз как название народа было совершенно вытеснено словом туркмен. Слово огуз употреблялось еще в то время, когда огуз- ский народ был в Монголии; слово туркмен появляется впервые на за¬паде м. Еще раньше, чем оно начинает встречаться в мусульманской ли¬тературе, оно было известно китайцам, но только как название одной из стран отдаленного запада. Со времени первых китайских путешест¬вий на запад (во II в. до н. э.) китайцы знали по рассказам страну Янь- цай, впоследствии называвшуюся также Аланья, т. е. страну аорсов или алан, кочевого народа иранского происхождения. Греки знали аорсов и алан у устьев Дона и у Каспийского моря ; сведения китайцев о них относятся, вероятно, к местности у Аральского моря, куда в то время могли доходить их кочевья . Впоследствии алан уже не было к востоку От Волги ; нападению на алан хуннов в 374 г. н. э. предшествовала переправа хуннов через Волгу . Китайцы в это время знали для страны аорсов или алан еще название Суи, или Судэ , что, по мнению покой¬ного синолога Хирта, есть слово согдак, или сугдак . Так турки назы¬вали область и народ согдийцев на Зеравшане, имевших большое зна¬чение в истории среднеазиатской караванной торговли и основавших целый ряд торговых колоний на пути из своей области до Китая . Что слово Сугдак как географический и, вероятно, этнографический термин употреблялось и в стране алан, об этом свидетельствует до сих пор посе¬ление Судак, первоначально Сугдак , на южном берегу Крыма. В ки¬тайской энциклопедии Тун-дянь VIII в. н. э. говорится, что страна Суи,

или Судэ, имевшая >в V в. н. э. торговые и политические сношения с Ки-таем, называется также Тб-кй-тбп§. Отсюда Хирт делает вывод, что туркмены — потомки покоренных хуннами алан, и выражает мнение, что установление этого факта будет способствовать выяснению генеало¬гии туркменского народа. В новейшее время «примесью кочевых длин-ноголовых иранских племен» объясняют характерный признак туркмен-ского типа — длинноголовость; такое мнение выражал еще в 1896 г. Аристов ; в таком же направлении ведутся теперь антропологические изыскания Л. В. Ошаниным .

У самих турок в XI в. уже не было точных сведений о происхож-дении туркмен и их названия; существовала только явно искусственная этимология, доказывающая, однако, что уже тогда туркмен по наруж-ности отличали от остальных турок. Самую раннюю версию этой эти-мологии мы находим у Махмуда Кашгарского . Рассказывается ле-генда, связанная, как и многие другие легенды, приуроченные к средне-азиатским местностям , с именем Александра Македонского. Александр Македонский после завоевания Самарканда двинулся против турецкого паря, жившего в местности, где впоследствии возник город Баласагун, т. е. в долине реки Чу. Получив известие о переправе Александра через Сыр-Дарью, турецкий царь ушел со своим войском на восток; с ним ушли все те из его подданных, у которых были вьючные животные; ©стались со своими семьями 22 человека, (предки 22 огузских родов. Когда они колебались, двинуться ли им пешком или остаться на месте, с ними встретились два человека со своими семьями, несшие свое иму¬щество на спине и шедшие по следам- войска; оба дошли до крайней усталости. При встрече с 22-мя они спросили у них совета, как им по-ступить; те посоветовали им остаться дома и сказали, что Александр не остается на одном месте и идет все дальше, так что после его ухода им можно будет безопасно остаться на месте. Совет был выражен в турецких словах: Кал ач, что будто бы значило: «Подождите, остань¬тесь и продлите свое местопребывание» . Оттого из потомков этих двух людей образовался народ халадж, разделявшийся на два племени. Когда Александр увидел этих людей, он заметил в них признаки турец¬кого происхождения, в том числе турецкие знаки-тавра на животных, и сказал о них по-персидски: Турк маненд ('они похожи на турок’);

оттого имя туркмен осталось за их потомками. Огузских или туркмен¬ских родов было собственно 24, но потом два халаджских рода отде¬лились, осталось 22, названия которых и перечисляются, как мы увидим, у Махмуда Кашгарского.

Особенное недоумение возбуждает в этом рассказе этимология слова калач или халадж. Насколько известно, турецкий корень ач не имеет того значения, которое ему здесь приписывается. Известны два других значения слова ач, на которых основаны две другие этимологи-ческие легенды, в преданиях о мифическом предке огузов, Огуз-хане; одна из них находится в анонимном отрывке, в рукописи, написанной уйгурскими буквами, другая — у Рашид ад-дина. По первой легенде , Огуз-хан увидел на пути дом с золотой крышей, серебряными окнами и закрытой дверью без замка, оставил там одного из своих сподвиж¬ников и дал ему приказ: «Останься, открой». По Рашид ад-дину , Огуз-хан на обратном пути из похода на Исфахан рассердился на од¬ного человека, отставшего от войска по семейным обстоятельствам, и сказал ему: Кал ач ('останься голодным’). Халаджей не связывают с огузами ни Рашид ад-дин, ни другие авторы; у Рашид ад-дина при перечислении 24 огузских родов халаджи в расчет не принимаются. По арабским географам, халаджи гораздо раньше переправились через Аму-Дарью и уже в X в., притом «издавна», жили в южной части Афга¬нистана . Впоследствии часть халаджей переселилась в Персию, где часть их говорит на персидском диалекте, часть — на туркменском; от них получила свое название местность «Халаджистан» к западу от Тегерана и к северу от Савы .

Халаджи, насколько известно, упоминаются только на западе; имя огузов часто встречается в турецких надписях, найденных в Монголии . В надписях, составленных от имени одного из турецких каганов, или ханов, VIII в., хан называет огузов или токуз-огузов, буквально 'де-?

вять огузов’ (очевидно, огузы тогда разделялись на девять родов), своим собственным народом; о восстании токуз-огузов против кагана говорится как о совершенно необычайном происшествии; для того что* бы это могло случиться, небо и земля должны были прийти © смятение. В других местах хан называет свой народ турками и себя турецким каганом; иногда слова «турки» и «огузы» ставятся рядом. Из этого, казалось бы, можно вывести заключение, что эти слова применяются к одному и тому же народу, что огузы были той турецкой народностью, которой принадлежит образование в VI в. н. э. обширной кочевой им-перии, простиравшейся от границ Китая до границ Персии и Византии. Те места надписей, где «турки» и «огузы» ставятся рядом, граммати¬чески можно толковать и в том смысле, как их толкует Томсен,—в смыс¬ле «турки и огузы»; надписи не знают грамматической формы, которая бы соответствовала нашему союзу «и»; когда говорится о совместных действиях нескольких народов, то названия их ставятся рядом без вся¬ких соединительных частиц или предлогов. Но если в Монголии в VIII в. отдельно от огузов, карлуков и др. были турки, то этот народ скоро исчез бесследно; уже арабские географы употребляют слово «тур¬ки» как коллективное название, обнимавшее целый ряд народов, род¬ственных между собой по языку; отдельного народа, который бы назы¬вался просто турками, в то время не было. По-видимому, слово «турки» как политический термин на некоторое время вышло из употребления около 740 г., вместе с падением западно-турецкого каганства, последние представители которого были из народности тюргешей; как только в X в. вновь появились, в Кашгаре и Баласагуне, турецкие каганы, на этот раз мусульманские, они снова стали называть себя и свой народ тур¬ками, и даже остается спорным, из какой именно турецкой народности вышла эта династия . Вследствие этого можно признать по меньшей мере вероятным, что слово «турки» было политическим термином, слово «огузы» — этнографическим; на это указывает и такое выражение над-писей. как «мои турки, мой народ». Общетурецким в современном смыс-ле слово «турки» тогда не было; преемники огузских каганов в Мон¬голии, уйгурские каганы (с 744 г.), себя турками, насколько можно судить по их надписям , не называли, и китайцы были правы, не рас¬пространяя термина «турки» (в китайской транскрипций тукюе ) ни на уйгуров, ни на киргизов. Огузы, первоначально жившие в северо-во¬сточной Монголии, при своем движении на запад принесли с собой сло¬во «турки», которое только арабами стало употребляться лля обозначе¬ния народов определенной лингвистической группы . По признаку един¬ства языка и политической власти, в настоящее время или в прошлом, автор X в. Мас'уди разделяет все население известного ему мира на семь народов, перечисляемых в следующем порядке: 1) персы; 2) хал¬деи и родственные им народы, в том числе арабы; 3) греки и полити¬чески связанные с ними народы, в том числе славяне и франки; 4) ли¬вийцы, к которым причисляются и египтяне; 5) турки; 6) индийцы; 7) китайцы .

В сохранившихся в Монголии надписях слова огуз и токуз-огуз употребляются в одном и том же значении ; по терминологии арабских географов, огузы и токуз-огузы были различными народами и жили ;в разных местностях: огузы, как мы видели, были соседями мусульман¬ских владений от восточного берега Каспийского моря до Исфйджаба, токуз-огузы жили в нынешнем Китайском Туркестане, от Кучи к во¬стоку, причем центром их области была местность у Турфана . По словам историка XIII в. Ибн ал-Асира , огузы некогда входили в со¬став токуз-огузов и отделились от них в эпоху халифа Махди (775—785).

В той местности, где арабы помещают токуз-огузов, по китайским источникам, жили уйгуры, вытесненные из Монголии после 840 г. кир-гизами; местность около Турфана была занята ими в 866 г. Отсюда был сделан вывод, что токуз-огузы арабских источников и уйгуры китай¬ских — одно и то же , и этим отождествлением ученые пользовались как вполне доказанным фактом для новых выводов. Так, И. Маркварт отмечает факт, что географ IX в. Ибн Хордадбех уже в той версии сво¬его труда, которую издатель де Гуе считал более ранней и относил ко времени раньше 850 г., знал токуз-огузов в местности у Турфана, следовательно, и эта версия, вопреки мнению де Гуе, не может отно-ситься ко времени раньше 866 г. В действительности название тугуз- гузов (токуз-огузов) появляется в арабских источниках задолго до этой даты. Уже в первом арабском географическом труде, в сочинении Му-хаммеда Хорезми, относящемся во всяком случае к первой половине IX в. , из двух Скифий Птолемея первая, западная, отождествляется с «землей турок», вторая, восточная — с землей тугузгузов. Историк Та-бари под 205/820-21 г. говорит о нашествии тугузгузов на Усрушану, область, в состав которой, как известно, входила местность от Ходжен- да до Джизака, со включением местности по верхнему Зеравшану . Из тугузгузов происходил Тулун, .предок правившей впоследствии в Египте династии Тулунидов, которого саманидский эмирНухибн Асад, управлявший в то время Самаркандом, отправил ко двору халифа Ма- муна ; очень возможно, что Тулун был взят в плен мусульманами во время набега 205 г. х. Сам Маркварт приводит рассказ умершего в 869 г. Джахиза, из которого видно, что Джахиз знал тугузгузов не как недавних пришельцев, а как издавна живший в Восточном Туркестане народ. Говорится, что прежде тугузгузы имели превосходство над кар- луками, хотя уступали им в числе, но после принятия манихейства утра-тили свои военные качества. Упоминание карлуков ясно показыва¬ет, что речь идет о событиях истории Восточного Туркестана, а не о борьбе между уйгурами и киргизами в Монголии, как полагает Маркварт.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9

скачати

© Усі права захищені
написати до нас